Дневник

Юрий Павлович Рогозин Юрий П Рогозин

У меня, к сожалению, нет времени вести собственный блог. Блоги, в подавляющем большинстве, создаются их авторами для зарабатывания денег. Некоторые из них, конечно, возмутятся, однако, это так. Я не склонен зарабатывать деньги на своих впечатлениях об окружающей жизни.
Здесь я буду просто писать о том, что люблю или не люблю, что меня волнует, радует или огорчает. Вполне возможно, друзья, что наши взгляды во многом совпадут.

Буду рассказывать о своих замыслах, новых романах.

10 июля 2017г.

9 июля 2017г.

Друзья, я тут не так давно открыл канал на Ютубе. Милости пр­ошу!

 https://www.youtube.­com/channel/UCPh2fZN­3lk1oLLN6paN5R_g

 

15 июня 2017г.

 

7 июня 2017 г.

«РОССИЯНЕ СЧИТАЮТ ГЛАВНЫМИ ВРАГАМИ УКРАИНЦЕВ»?.. БРЕХНЯ!

Тут Левада-центр расстарался намедни и опросил граждан на предмет наличия засевших в кустах врагов. Оказалось, что в первую тройку врагов, кроме США, вошли Украина (50%) и Германия (24%). При этом число россиян, которые считают Украину враждебным государством, выросло до максимума за все время исследований, пишет «МК».
Это что ж такое получается? Прямо-таки не выйти из дома? Кругом затаились украинцы, злобно щелкающие зубами!..
А я вот не попал в этот исторический опрос. Наверно, потому что считал и считаю украинцев родными братьями. И буду считать, несмотря на всяких «экспертов», левад-центров, киселевых и прочих, включая бесноватого ведущего с первого канала, фамилию которого не помню.

 

4 июня 2017г.

ВЗВЕЙТЕСЬ, ФЛАГИ ЦВЕТА РАДУГИ!
Ура, граждане. Наконец-то. Новый премьер-министр Исландии Лео Варадкара – приятного бирюзового цвета, о чем он сам открыто сообщил. В Исландии это уже милая традиция. В 2010 году тогдашняя премьерша Йоханна Сигурдардоттир поженилась со своей возлюбленной.
Пересчитать страны, где разрешены однополые браки, уже непросто: легко сбиться со счета. Голландия, Бельгия, Испания, Канада, ЮАР, Норвегия, Швеция, Португалия, Исландия, США, Мексика, Люксембург, Колумбия, Финляндия, Аргентина, Бразилия, Дания, Великобритания, Уругвай, Франция. В очереди стоят и другие государства.
России пока в этом списке нет. А давно бы пора приобщиться к истинным европейским ценностям! Отстаем, братцы. Просто какой-то каменный век! Может, поэтому и кризисы одолевают.

 

10 мая 2017 г.

АГРОНОМ КРУПНОВ ПРЕДЛОЖИЛ «НАЛОГ НА ЯЙЦА»
Юрий Крупнов, по образованию агроном, а по роду занятий – «российский государственный, политический и общественный деятель, писатель и публицист, председатель Наблюдательного совета некоммерческой организации Института демографии, миграции и регионального развития» (википедия), чрезвычайно озабочен рождаемостью в стране. Вместе со своим институтом он долго думал, как эту рождаемость поднять. И создал проект концепции федерального закона «О статусе многодетных семей». Как пишут «Известия», предлагается ежемесячно выплачивать: 25 тыс. руб. — семьям с 3-4 детьми, 45 тыс. — с 5-7-ю и 100 тыс. — у кого 8 и более. Предусматривается и введение налога на малодетность: взимать плату с семей с одним ребенком и бездетных семей (не по здоровью).
По мнению агронома-демографа, мало детей у россиян просто потому, что они не хотят их иметь. И это понятно. Ибо ведь все граждане поголовно обеспечены высокооплачиваемой работой, утопают в роскоши и им просто нет дела до демографии.
В СССР с ноября 41-го бездетные мужчины 20-50 лет и бездетные замужние женщины 20-45 лет отчисляли 6% зарплаты государству. Этот налог, во многом тогда, кстати, оправданный, называли в народе «налогом на яйца», ибо мужчины без детей обязаны были платить его независимо от своего положения. Женщины же — только, если в браке не имели детей. Крупнов предлагает уравнять мужчин и женщин, ибо речь идет о семьях.
В других странах такого налога нет.
А что, мысль весьма интересная. Если закон примут, кроме прочих радостей, к нам может переехать вся Средняя Азия со своими многодетными семьями (переехала же Африка в Европу для повышения рождаемости): приятно получать хорошую материальную поддержку. Тогда нам можно будет, вообще, не заботиться о демографии.
P.S. Мне не удалось найти сведений о детях самого автора законопроекта. В любом случае, он уже вышел из «зоны опасности» по возрасту: ему скоро стукнет 56. Кстати, обложить бездетных москвичей налогом предложил и зампредседателя Мосгордумы Николай Губенко (детей нет, но ему почти 76)…

 

26 апреля 2017 г.

ИСТОРИЯ, КОТОРАЯ ВАС ТОЧНО ВСКОЛЫХНЕТ

Едет по Москве таксист, абсолютно законопослушный, ему приходит смс-заказ. Подъехав, он тоже отправляет смс, дескать, прибыл. Ему звонит заказчик: «Сейчас к вам выйдет бабушка». Бабушка садится в машину и подает таксисту конверт со словами: «Возьми, внучок». «Внучок» автоматически берет конверт и видит, что с двух сторон его блокируют две ментовские машины. Ничего не понимающему, ему надевают наручники. Он спрашивает: «За что?» Ему отвечают: «Ты вымогал у бабушки деньги». К вечеру, после обещаний, что его упекут на три года, в «обезьяннике» ему дают возможность с чужого телефона послать смс жене и сообщить, где он. Когда его брат звонит в отделение дежурному, чтобы узнать, что случилось, получает ответ, что пойман опасный преступник. Брат приезжает, но его не пускают в отделение. Через некоторое время ему сообщают, что требуется сто тысяч рублей…
Почему брат не обращается в управление собственной безопасности, не вызывает адвоката? Потому что задержанный через три месяца должен получить российское гражданство, а жена у него беременная…
Брат, поскребя по сусекам, привозит деньги. «Вымогателя» выпускают. Конец истории. Ну, как, проняло?
Что делать, если в такой ситуации окажетесь вы? Звоните в Управление собственной безопасности. По Москве: (499) 255-96-57, по Мос. области: (499) 317-24-66, в МВД: (495) 667-07-30. И срочно вызывайте своего адвоката (ни в коем случае не бесплатного государственного: он, как правило, сотрудничает со следствием), без него — ни звука.
Почему эти ребята так нагло верят в свою безнаказанность? Потому что они все в деле. Они видят, как ловко работают наверху, и хотят быть похожими на старших товарищей. А бабушка-подстава, наверняка еще неделю назад со свечкой в руке стояла в церкви на пасхальной службе. Боженька добрый, он простит и ее, и ее подельников. А неподалеку мог стоять ничего не подозревающий «вымогатель»…
Недавно один известный журналист размышлял о том, будут ли гвардейцы (бывшие менты, в основном) стрелять в народ, ежели что. Эти – точно будут. Им есть, что терять.
И напоследок. Наберите побольше слюней и плюньте в рожи актерам, самоотверженно играющим по телеку героических блюстителей порядка.
P.S. Понятно, что эту историю я услышал в метро. Случайно.

26 марта 2017

И ДИМОНАМ ПЕРЕДАЙ ПРИВЕТ!

 Ножки еще гудут. От Маяковки – вниз, до Театральной, и вверх – до Пушкинской. Это столько я прошагал сегодня рядом с другими москвичами, которые вышли на улицы просто показать свое отношение к коррупции в стране. Полиция насчитала их восемь тысяч. Мне показалось, что, по крайней мере, раза в три-четыре больше. Люди всех возрастов, как бы гуляя и непрерывно фотая на телефон, двигались по тротуарам от Белорусской — почти до Красной площади и обратно.

Когда я подошел к Макдоналдсу напротив Александра Сергеича, чей-то теплый голос в динамике обратился к собравшимся: «Друзья, если вы хотите выразить свою гражданскую позицию, езжайте в Сокольники, тут всего полчаса езды». В Сокольники никто не поехал, хотя там праздновали весну, жарили шашлыки и было много веселых клоунов.

Вдоль Тверской стояли бледные, тщедушные мальчишки с тонкими шеями в форме ОМОНа, в огромных, как раньше носили космонавты, шлемах. Некоторые опустили забрала, чтобы их не видели проходящие граждане, некоторые стояли с поднятыми. Кое-где у ног этих суперменов скучали овчарки в намордниках. Белые, как невесты, урчали в ожидании гостей многочисленные автозаки; милицейские машины с мигалками непрерывно сновали туда-сюда, в небе парил вертолет, зорко наблюдая за антикоррупционерами.

От памятника Долгорукому до памятника Пушкину люди двигались очень плотно и медленно, время от времени раздавалось: «Позор!». Кто-то нес кроссовки, связанные на шнурках (символ протеста), кто-то — белых надувных уток, кто-то – российские флаги. Накануне троли в интернете писали, мол, никто не выйдет на акцию, слабо!.. Ошиблись троли. Люди вышли. И не только в Москве — в десятках городов. Димоны это увидят по телевизору. Наверно, у них в каком-нибудь месте неприятно засвербит.

По пустой половине Тверской на сумасшедшей скорости, с ревом пронеслась дорогая иномарка. Возможно, в ней сидела знаменитая стритрейсерша, у которой в голове еще не все кости заменили на металлические пластины. Превышение скорости нисколько не взволновало блюстителей порядка.

Какой-то парень держал маленький плакатик, на котором была изображена лодка и свесившаяся с ее борта симпатичная крыса. Надпись рядом гласила: «Не раскачивайте лодку, нашу крысу тошнит!» Не знаю, про какую конкретно крысу шла речь, но, думаю, она сегодня чувствовала себя неважнецки и даже неоднократно стращала унитаз, обняв его холеными руками.

 

 

20 марта 2017 г.  
48 СТУПЕНЕЙ ДО ПОЛНОГО СЧАСТЬЯ
Сегодня, оказывается, день счастья. В яндексе появилась новость: Россия заняла 49-е место в рейтинге самых счастливых стран. Очень быстро началось соревнование среди СМИ по пышности заголовков: «Россия поднялась на семь пунктов в рейтинге самых счастливых стран» (Российская газета), «Россия взлетела сразу семь позиций в рейтинге World happiness report 2017 и поднялась с 56-го места в 2016 году до 49-го в списке самых счастливых стран мира» (Московский комсомолец) и т.п.
Короче, по счастью на душу населения мы взмыли. На первом месте Норвегия, потом Исландия, Швейцария, Финляндия, Нидерланды, Канада, Новая Зеландия, Австралия и Швеция. Злыдни-США занимают 14-ю строчку. Германия — 16-ю, Великобритания — 19-ю, Япония — 51-ю, Китай — 79-ю. Есть, чему порадоваться: японцы и китайцы счастьем обделены, по сравнению с нами.
При вынесении решения, как пишут, учитывался уровень ВВП на душу населения, уровень социальной поддержки граждан государством, продолжительность здоровой жизни, свобода самостоятельно принимать жизненно важные решения, щедрость и отношение к коррупции. Самыми несчастными странами названы Центральноафриканская Республика (155-е последнее место), Бурунди, Танзания, Сирия, Руанда, Того.
И взмыли-то мы всего за год. А, кажется, ничего особенного не произошло. Добавили квартплату, кое-какие налоги, сборы, отметили 3-летие присоединения Крыма, поймали пару-тройку взяточников, за 1,5 года уничтожили 10 700 000 кг продукции, ввезенной из стран, попавших под наше продовольственное эмбарго, продали доли нескольких «национальных достояний» иностранцам, провалили чемпионат мира по биатлону, выбрали новую Думу, а скоро будем выбирать президента. Вот такие вроде пустяки, а сколько счастья принесли людям. Но до полного счастья еще все-таки 48 ступенек.
С праздником вас, счастливцы и счастливицы.

2 марта 2017 г.

«…НЕЖНО ЦЕЛУЮ. МОЦУОКИ»

Через месяца полтора в издательстве «Эксмо» выйдет моя очередная книга — о легендарном композиторе Александре Сергеевиче Зацепине «Миг между прошлым и будущим». Вот отрывочек из нее.
…Я познакомился с ним в начале 80-го года прошлого века. Друг нашей семьи как-то обмолвился, что рос вместе с Зацепиным. Для меня, тогда молодого новосибирского журналиста и старшекурсника железнодорожного института (из которого когда-то отчислили Александра Сергеевича), этот факт был большой удачей. Для областной газеты я готовил интервью со всеми заезжими звездами, а тут, оказалось, есть неформальный выход на самого Зацепина! Можно написать очерк о нем. Кроме того, в душе таилась надежда предложить композитору собственные стихи…
И вот он, старый, добрый дом на Арбате. Звоню в заветную дверь. Слышу заливистый лай собаки. Открывает очень приятная, скромная и обаятельная женщина — Светлана Сергеевна, жена композитора. Следом появляется сам маэстро. Вельветовый пиджак (тогда вельвет был моден и дефицитен), темные волосы, короткая стрижка, веселые серо-зеленые глаза, крепкое рукопожатие. Рядом – повизгивающий черный пудель Тимка.
Огромная гостиная. Рояль. Несколько диванов и кресел, стены обиты тканью поверх звукоизоляционного материала. Сажусь в какое-то невероятно мягкое кресло, которое меня тут же поглощает.
В этой гостиной-студии собирались музыканты и певцы, репетировали и записывали новые произведения Александра Сергеевича. В смежной маленькой комнатке — магнитофоны, микшеры, пульты. Часть этой сложной аппаратуры композитор сделал собственноручно.
После второй рабочей встречи насмеливаюсь предложить стихи. Но выясняется, что он не пишет музыку на стихи, на готовую мелодию поэт сочиняет слова. Однако в силу деликатности стихи он все же берет, обещает посмотреть.
…Передвигая из номера в номер, мой очерк два года мурыжили в толстом журнале «Сибирские огни». Терпение лопнуло, я отправил его в Москву, в самый популярный тогда молодежный журнал «Смена». И там его напечатали! А на календаре уже был май восемьдесят третьего. Звоню Зацепину, чтобы занести журнал. «А папа уехал во Францию», — говорит его дочь Лена. «Когда вернется?» «А он насовсем…»
И тут мне звонят из «Смены»: «Караул! Что же ты не сказал, что Зацепин уехал из страны?..» «Так я и сам ничего не знал…» «Нас вызывают в ЦК комсомола: как мы можем писать о человеке, который уехал из СССР?!.» «Давите на то, что он сохранил гражданство, и будет приезжать», — советую я. И это было чистой правдой.
К тому времени я уже переехал в Москву. После публикации очерка мне предложили работу в «Смене», о чем я мог только мечтать, и тут вдруг – такой скандал!.. Но то ли в ЦК комсомола все очень любили музыку Зацепина, то ли просто звезды встали, как надо, — проблема тихо рассосалась, и в престижный журнал меня все-таки взяли. Так знакомство с любимым композитором вначале проложило, а потом чуть не закрыло мне дорогу в большую журналистику.
Моей мечте – написать песни с Зацепиным – суждено было сбыться двадцать лет спустя. Его постоянный соавтор, прекраснейший поэт Леонид Дербенев к тому времени покинул наш бренный мир. И однажды, весной 2001-го года Александр Сергеевич сказал мне: «А, может, ты попробуешь написать стихи к моим новым мелодиям?» Опыт у меня уже был, с десяток песен на мои стихи исполняли «Самоцветы», Николай Мозговой и Борис Лобанов.
Самое трудное в написании стихов на готовую мелодию – найти тему, сюжет. Но это проблема решаемая. В итоге на юбилейных вечерах Зацепина в январе 2002-го года в зале «Россия» наряду с его золотыми шлягерами прозвучало множество наших новых песен.
…Зацепин – человек необыкновенно веселый. Такое ощущение, если он в данный момент не сидит у рояля, то занят тем, что выдумывает, как бы кого-нибудь разыграть. Вот, например, какую телеграмму получил от него из Крыма в 70-х годах прошлого века его друг, замечательный композитор Александр Флярковский: «Вашу дачу отремонтировали почти всю. Девятая комната подгнила. Всех ваших свиней держим в сарае. Скотомет не в порядке. Пришлось кабана зарезать. Сообщите, выслать ли вам его голову. Варвара Петровна держит ее в холоде. Нежно целую. Моцуоки».
Телеграмму долго не принимали на почте: в адресе получателя значился Союз композиторов… Но была еще и другая телеграмма. «Вы просили свести вам похабную татуировку на груди. Сообщите, какой давности она. Высылаем вам настенный аппарат для снятия вашей пошлой татуировки на 220 вольт. Правила пользования прилагаются. С приветом П. Аедоницкий».
Известный композитор Павел Аедоницкий, другой приятель Зацепина, естественно, тут был не причем. Когда же Флярковский демонстрировал настойчивым желающим, что никакой нагрудной татуировки у него нет, ему недоверчиво говорили: «А-а, ты ее уже свел!..»
…Лифт останавливается на его этаже, я выхожу — открывается дверь и, не понятно, откуда, в меня летит бумажный самолетик! Перевожу взгляд, вижу в дверях квартиры улыбающегося Александра Сергеевича…
Лезу во внутренний карман куртки и неожиданно натыкаюсь на незнакомый предмет. Батюшки-светы, пробка от «Шампанского»! Готовый компромат! Мучительно соображаю: откуда она там взялась?.. Постепенно доходит: ага, проделки неутомимого Зацепина!..
Сидим у меня дома за семейным столом, завтракаем. Моя жена Жанна приготовила сырники. Жуем. Вдруг Александр Сергеевич молча, с каменным лицом поднимается со стула. «Что случилось?..» «Сырники настолько вкусные, — спокойно поясняет маэстро, — что память о них нужно отметить вставанием!..»
Вот такой он, композитор Зацепин.

Рогозин юрий п зацепин александр сергеевич

15 января 2017 г.

БОРИС ШТОКОЛОВ, НЕЖНЫЙ ГРОМ
Когда я был молодой и красивый, мне посчастливилось пообщаться с великим русским певцом Борисом Штоколовым.
…Дверь гостиничного номера приоткрылась, из-под косяка на меня смотрели строгие карие глаза. Их обладатель был огромен, темноволос, вихраст, имел пару грозных морщин на переносице, вестниц крутого нрава. Туловища мне не было видно.
-О!.. – молвила голова басом. – Вы ко мне?
-Я такой-то, такой-то, — бодро выпалил я, — пришел за тем-то и тем-то.
Признаюсь, я и сам не из очень мелких, а тогда — 185 роста, 85 веса (сплошные мышцы, кости и кудри), однако мое представление в контексте происходящего прозвучало примерно так:
-Я Зайка-пропрыгайка, веселая скакайка!.. Прыг-прыг!.. Кто в тереме живет?..
-Проходите! – голова открыла дверь пошире.
Я осторожно просочился в комнату. Великий бас шествовал впереди меня в рубахе и кальсонах. У нас, велосипедистов, есть такое выражение: «Ноги хорошо заполняют трико». Острым взглядом я сразу оценил: ноги великого баса трико заполняли хорошо.
-Я тут немного рассупонился, — улыбаясь, он натягивал брюки. – Хочу потом пойти прогуляться. А, сибиряк, сам знаешь, должен всегда быть тепло одет.
Да уж. В Сибири говорят: не холодно на улице — просто оделся плохо. На дворе стоял март, начало. А пришел марток — надевай трое порток!..
Штоколов уселся на стул — тот мгновенно стал крошечным, как в яслях. Он говорил негромко, но мне казалось: окна позвякивали.
На столе я увидел книгу с закладкой. «Сенека. Сочинения».
-Люблю его, — пояснил Борис Тимофеевич, заметив мой интерес. – Всегда вожу с собой. – Взял в руки томик римского философа, жившего две тыщи лет назад. — «Велик тот человек, кто глиняной утварью пользуется, как серебряной, но не менее велик и тот, кто серебряной пользуется, как глиняной»… А?.. Или вот. — Он пригладил черный чуб. – «Если хочешь быть любимым, люби».
…Четырнадцатилетний сибиряк Борис Штоколов, отец которого погиб на войне, отправился в Архангельскую школу юнг учиться на торпедного электрика. Очень хотел повоевать; не успел. Плавал на боевых кораблях на Балтике. Потом вернулся в Свердловск, где в то время жила мать, поступил в спецшколу ВВС. На выпускной вечер к курсантам приехал маршал Жуков, в то время – командующий Уральским военным округом. На концерте Штоколов пел «Дороги» и «Матросские ночи». Жуков подошел к нему, сказал: «Тебе петь надо! Авиация без тебя обойдется….» Через месяц пришел официальный приказ: «Курсанта Штоколова направить на учебу в консерваторию».
Учась там, он подрабатывал электриком в драмтеатре, потом – осветителем в Оперном.
-Я на третьем курсе получил за вокал тройку, — Борис Тимофеич развел руками. – А ведь поступал с пятеркой!.. Тогда я собрал всю имеющуюся в Свердловске литературу по вокалу и стал учить сам себя. У меня была цель: овладеть техникой голоса как можно лучше. И учусь до сих пор…
Он встал, прошелся по комнате. Прямая спина, плечи назад. Мне показалось, каменный пол начал поскрипывать под его ногами.
-Понимаешь, какая штука, — продолжал он. – Самое трудное музыкальное искусство – управление голосом. На фортепиано можно, к примеру, научиться играть технически совершенно. И если лопнет струна, можно поставить новую. А голос – живой инструмент. Не выдержат две его струны – голосовые связки, — никто не сможет их отремонтировать или заменить…
Вечером я сидел в Оперном театре; Штоколов пел заглавную партию в «Борисе Годунове». Пел с невероятным трагизмом, с неуемной силой и болью. И я, не будучи поклонником оперы, понимал, как много упускаю, как много мне еще предстоит постичь прекрасного и доселе недоступного!..
А еще он любил романсы. И я опять сидел в зале… Он стоял у рояля, опустив подбородок и прикрыв веки.
Кто еще не слышал Штоколова, поясню. Представьте себе грозу. Молнии, раскаты грома. А теперь представьте, что гром не гремит – ужасающе страшно, а вдруг начинает… выводить мелодию. К примеру, «Утро туманное». И с такой нежностью, с такими переходами тембра, что уже через несколько секунд вы начинаете задыхаться от переполняющих вас чувств. Вы думаете: разве такое бывает – поющий гром?.. А в это время уже звучит – необыкновенно трепетно, с тончайшим лиризмом — «Я встретил вас…» С первой же ноты — у вас мороз по коже, по рукам, по ногам, по всему телу; вас начинает потряхивать, вы сжимаете кулаки и видите, что они тоже дрожат… Вы аплодируете – в каком-то самозабвенном восторге. А гром уже начинает: «Гори, гори, моя звезда!..» И когда он выводит: «Ты у меня… одна…» — у вас что-то внезапно подкатывается к горлу, вас буквально распирает от безмерной гордости – за свою необъятную Родину, за таких могучих русских богатырей, один из которых стоит сейчас на сцене, за его уникальный голос, за великое искусство, которым он владеет, за прекрасных авторов, сочинивших эти мелодии и строки… И вдруг вы замечаете, что у вас что-то начинает происходить с глазами. Поначалу вы этого стесняетесь; потом, незаметно оглядевшись, обнаруживаете, что у всех сидящих рядом с глазами происходит то же самое… А когда гром доходит до слов «Умру ли я, ты над могилою…» — вы уже просто готовы рыдать от безграничной необъяснимой радости и светлой печали.
Вот так пел Штоколов. А я, счастливец, слышал его живьем.
Года четыре назад Алексей Пиманов, ведущий программы «Человек и закон», спродюсировал свой очередной телесериал — «Жуков», о котором дочь Жукова Эра сказала, что «…назвать его историческим язык не поворачивается… а все изложенные факты – не более, чем вымысел, чуть ли не анекдоты…» В нем роль молодого Штоколова сыграл человек, прославившийся своей женитьбой на не очень юной богатой женщине, и в свое время выдававший себя за родственника великого Федора Шаляпина – некий Андрей Захаренков, называющий себя Прохором Шаляпиным. Его сходство со Штоколовым, особенно, конечно, в пении — примерно такое же, как у улитки с носорогом. Хотя вроде и оба с рожками.
В Сибири есть две великие реки – Обь и Енисей. Их называют ласково – Обь-матушка, Енисей-батюшка… Пока я сидел у Штоколова в гостинице, честно, один раз чуть было не назвал его вместо Тимофеевич – Енисеевич…
Я спросил его об отношении к Шаляпину. Он приподнял плечи:
-Шаляпин – бог.
-А есть что-нибудь такое, чего не мог Шаляпин?..
-Было немножко, — ответил он. – Но это не влияло на все остальное. Были неудобные для него ноты, он поэтому даже не пел какие-то маленькие фрагменты…
-А вы эти места поете?
-Я пою, — морщины на его переносице разгладились.
-А вот вы глаза закрываете, когда романсы исполняете…
-Я в этот момент вижу образ, о котором пою. Например, когда пою «Нет, не тебя так пылко я люблю», представляю женщину, ее глаза, губы, фигуру, мысленно танцую с ней… Стоит взглянуть в зал – переживание становится менее острым, боюсь, в ущерб создаваемому образу… И кланяюсь я сдержанно, потому что готовлюсь уже к следующему образу…
-А когда поете «Гори, гори, моя звезда»?
-А тут я выбираю себе в зале… табличку «Выход», светящуюся зеленым, и представляю, что это моя звезда…
Мы прощались. Мне очень хотелось обнять его, но нельзя же просто так взять и обнять легенду!.. Он пожал мне руку, поднял указательный палец левой:
-Напоследок вот тебе еще – из Сенеки. «Будем наслаждаться тем, что имеем, не вдаваясь в сравнения; никогда не будет счастлив тот, кто досадует на более счастливого». Мне это близко.
Как они правы! И Сенека, и Штоколов.

Юрий Павлович Рогозин Юрий П Рогозин

12 января 2017 г.

МАХМУД ЭСАМБАЕВ, ВЕЛИКИЙ И ДОБРЫЙ
Когда я был молодой и красивый, а парикмахерши, когда стригли меня, любили прижаться волнующим теплым бедром к моему плечу, однажды я пришел на интервью к Махмуду Эсамбаеву.
В гостиничном номере меня встретил высокий, худощавый человек в изящно сидящем костюме и шикарной серебристой папахе. Он невероятно улыбался. Его глаза — буквально — светились теплом.
Он отвечал на мои вопросы, мы пили чай, мне не хотелось уходить. Пришло время его обеда (он ел один раз в день, только первое, в три часа дня), но он сказал, что ничего, может и совсем не есть. И произнес фразу, которую я запомнил на всю жизнь: «Хочешь быть красивым – терпи!» При росте 180 его талия равнялась 47 сантиметрам. Идите и померьте свою. Я померил…
Когда он родился, его отцу было 79, а матери – 16. «В четыре года, — рассказывал он, — я был знаменит больше, чем сейчас. Я танцевал на свадьбах во всех аулах. «Дай сына на свадьбу», — просили отца. «Возьми», — говорил он. Без меня не скучали: я был младшим, лишний рот в семье. А вот железный топор у нас имелся один, в то время редкость в горах. Если кто-то брал его, отец весь день ворчал: «Взяли топор, а не принесли!..»
Ему так нравилась Любовь Орлова, что он выучил все ее роли наизусть и постоянно всем изображал. Когда она приехала в Грозный, где он тогда жил, ей кто-то сказал, что тут есть мальчик, который очень хорошо ее копирует. Во время урока за ним пришли. Оказалось, Орлова захотела на него посмотреть. Со всех ног он кинулся домой переодеться в единственную свою хорошую рубаху. Он пел Орловой ее песни, а она смеялась до слез.
Полтора десятка лет Эсамбаев танцевал главные партии в Киргизском театре оперы и балета, потом стал выступать сольно — с танцами народов мира. И танцевал в Бразилии – лучше бразильцев, в Индии – лучше индийцев, в Мексике – лучше мексиканцев… Долорес Ибаррури, одна из самых известных и красивых женщин-политиков 20-го века, та самая, сын которой погиб в Сталинградской битве, и которая в 1936 году произнесла адресованную фашистам знаменитую фразу «Но пасаран!» (они не пройдут), сказала Эсамбаеву после его выступления: «Ты испанец, Махмуд!..»
Он был народным артистом СССР и еще шести республик Союза, Героем Социалистического труда, депутатом. Международных конкурсов, на которых он побеждал, не сосчитать.
Знаменитейший из знаменитых, прославленный 55-летний артист – мне, юнцу, провинциальному журналисту, сразу предложил перейти на «ты»!.. Спустя несколько лет, когда я переехал в Москву, одним из первых, кому я позвонил, был он. Я пришел к нему в его скромную двушку неподалеку от Белорусского вокзала. Для гостей он приготовил какой-то безумно вкусный обед. Сам почти не ел, просто сидел за столом и счастливо улыбался. Он был без папахи, лысый и красивый.
Когда он звонил мне, я от радости кричал на всю округу: «Махмуд!..», а он шепотом говорил: «Все уже собрались, а тебя нет!..» Я бросал все дела и галопом мчался к нему.
Дома у него всегда было три-четыре гостя. На кухне он наполнял большущую бутыль с ручкой содержимым из несколько обычных бутылок водки и нес к столу. Разливал всем по рюмочкам, брал в руку — свою и в наступившей тишине негромко говорил: «Дети мои!..» У меня до сих пор подкатывает комок к горлу, когда я вспоминаю, как это душевно звучало. А потом, время от времени поднимая глаза к небу, он произносил витиевато-философский тост. Он был бесконечно мудр, и что очень важно, – абсолютно вне национальностей и религий.
Однажды у него дома среди его гостей присутствовала очень красивая молодая женщина. Через какое-то время незаметно я начал строить ей глазки, а прощаясь, уже открыл было рот, чтобы спросить ее телефон. В этот момент приятный крепкий человек с роскошными усами, с которым мы только что мило беседовали за столом, сказал мне: «Ты еще не знаком? Это моя жена!» С усачом мы стали друзьями на всю жизнь. Вы его все прекрасно знаете, но я не открою секрета. Спустя лет двадцать я рассказал ему эту историю. Мы хохотали до коликов в животе.
Как-то Эсамбаев взял меня на балет в Оперный театр. Меня очень волновал вопрос, каково будет зрителям, кто сядет сзади нас: ведь он никогда не снимал свой роскошный головной убор… Ему, единственному в стране, министр внутренних дел давал личное разрешение сфотографироваться на паспорт… в папахе. Но в театре мы оказались на двух крайних местах, поэтому особо никому не мешали. Когда на сцене творилось что-то необычайно красивое, Махмуд изо всех сил хлопал в ладоши, потом складывал их рупором и вопил на весь зал: «Браво-о-о!». При этом он успевал колотить меня по коленке и шептать: «Кричи «Браво»!» Я кричал.
Тогда, в Новосибирске, после разговора-интервью он предложил мне прогуляться. Июльский день облачался в вечерние одежды; мы остановились возле красочной афиши. К нам спиной стоял какой-то немолодой дядька с маленькой девочкой. Он с удивлением произнес: «Я двадцать пять лет назад был на его концерте! Неужели он до сих пор танцует? Не может быть!..» Эсамбаев пихнул меня локтем в бок, подмигнул, сделал смешную физию, и чуть придвинувшись к уху восторженного дядьки, тихо сказал: «Все может быть!..» Дядька повернулся к нам с совершенно обалдевшим от счастья лицом.
В его индийском танце «Золотой бог» был чрезвычайно сложный элемент. «Бог Шива» медленно поднимается, широко разводя колени, — целых полторы минуты. Индусы высчитали: с такой скоростью из-за горизонта встает солнце. Лицо «бога» бесстрастно; к его ногам привязаны десятки колокольчиков. Во время подъема и опускания (в конце танца) колокольчики ни в коем случае не должны звенеть! Только тогда, когда «бог» сделает первый шаг. Малейшая дрожь – они зазвенят! «Знаешь, — сказал он мне, — в этот момент я представляю, что должен спасти людей и землю… Когда сажусь, одуреваю от усталости. Но боги не устают — никаких гримас на лице!.. Приходится тренироваться до изнеможения…»
А ведь в войну, когда он выступал на фронте, его ранили в ногу, и после операции врач грустно вынес приговор: «Ногу я вам спас, но танцевать вы уже больше никогда не будете…» Может, поэтому, преодолев мучительное возвращение на сцену, он никогда не отрабатывал концерт просто так, для галочки. «Знаешь, — сказал он, — я всегда танцую, как в последний раз!..»
Тогда, в Новосибирске, он подписал мне автограф и дал свой телефон. Я спросил: «Махмуд, а как же ты вспомнишь меня, когда я тебе позвоню? У тебя же миллион знакомых!..» Он улыбнулся: «Скажешь: молодой и красивый журналист из Новосибирска!..»
Именно этой фразой — в шутку — теперь я каждый раз начинаю свои заметки о тех, кто дорог мне, кого люблю. Когда лысый, очкастый дядька произносит это, моим друзьям, наверное, становится чуточку веселее – от того тепла, которое я бережно храню в своем сердце о моем великом друге Махмуде Эсамбаеве.

Юрий П Рогозин Юрий Павлович Рогозин

6 января 2017 г.

ЮРИЙ НИКУЛИН, ВРАЧ-СМЕХОТЕРАПЕВТ
Когда я был молодым и красивым, однажды пришел к Юрию Никулину.
Вместе с московским цирком он приехал на гастроли в Новосибирск, где я тогда жил. Мне доверили взять у него интервью. В цирке сказали: «Звоните ему в гостиницу попозже». Несколько дней я звонил в 11 вечера. Никого. А потом позвонил в 12. Знакомый голос мне в ухо произнес: «Алло!» В этот момент вместе с трубкой я уже болтался где-то под потолком. Парил.
В цирке я по ошибке сел не на свое место. Сосед, неприветливый дядька, пообещал согнать меня, как только придет его опаздывающий знакомый. Знакомый, к счастью, не пришел. Погасили свет, но напряжение сохранялось. Тут на арену вышел Никулин. Сосед стал дико хохотать и колотить меня рукой по коленке. Я терпел, потому что он смотрел на меня уже с безграничной любовью.
После представления я пришел к Никулину в гримерку. За вторым столиком скромно располагался его давний друг и партнер, прекрасный клоун Михаил Шуйдин, уже привыкший, что основное внимание журналистов уходит к его знаменитому товарищу. Я попросил их сесть рядом. Никулин обнял Шуйдина, я их и сфотографировал. К тому времени они 30 лет работали вместе. Шуйдин рассказал, что только за последние полгода они дали уже около 400 представлений.
-А в году триста шестьдесят пять дней, — добавил Никулин, — и до конца еще далеко.
А дело было в мае. Кроме цирка, Никулин снимался в кино, у него были творческие встречи, работа на радио, телевидении.
-Как вы все это успеваете? – спросил я.
-Встаю на два часа раньше! – ответил он.
Наверно, какие-то из моих вопросов были для него уже не внове. Однако он отвечал так, будто слышал все впервые.
Однажды к нему пришла молоденькая журналистка и терзала его два часа. А наутро позвонила и сказала, что магнитофон ничего не записал. И… Никулин еще два часа терпеливо отвечал на те же самые вопросы. Я сидел и с опаской поглядывал на свой магнитофончик…
-Прежде, чем Гайдай выбрал Моргунова и Вицина на роли Бывалого и Труса, — рассказывал Никулин, — у него пробовалось около двадцати актеров. На роль Балбеса я пришел первым. «Ну-ка, повернись, — сказал мне Гайдай, а ассистенту шепнул: — Балбеса больше искать не надо».
Он усмехнулся своей фирменной усмешкой. Мне показалось, что я знаю его всю жизнь.
-А продолжения с вашей троицей можно ждать? – спросил я.
-Гайдай не хочет, — со вздохом развел руками Никулин. – Наверно, считает, что хватит… А мы уже даже начало для нового фильма придумали! «Кавказская пленница» заканчивается тем, что наших героев судят. Так вот. Тюрьма… И мы появляемся из ворот…
…Когда я смотрю «Бриллиантовую руку», каждый раз в конце, где опускается крюк подъемного крана, закрываю глаза. Крюк-то был настоящий, железный, тяжеленный. Там чуть-чуть промахнулись, и он ударил ничего не подозревающего Никулина прямо по шее. Зрители думают, что крюк бутафорский, как картонные колья, которыми любят драться герои в фильмах. А Никулин после удара даже вида не подал, доиграл сцену до конца. Потом шея у него здорово болела. Но к счастью, прошла.
Он был не только невероятно добрый, но и необыкновенно мужественный. Фронтовик, клоун, великий артист и врач-смехотерапевт Юрий Никулин.

Юрий Павлович Рогозин Юрий П Рогозин

 

29 декабря 2016 г.

ВЕСЕЛЫЙ И ОБИДЧИВЫЙ ГАЙДАЙ

Когда я был молодой и красивый (см. фото), однажды приехал к великому режиссеру Леониду Гайдаю. Вижу: у него в домашнем кабинете стулья «генеральши Поповой» стоят.
-Откуда, — спрашиваю, — мебеля?
-Оттуда!.. – отвечает. И улыбается.
Гайдай худой и длинный, как ходуля. За очками в глазах – огоньки. Я присмотрелся: а это и не огоньки вовсе — там маленькие чертики мне языки показывают!..
Сидим, пьем чай, про нашего общего знакомого беседу ведем (я про того материал для очерка собирал). Но мне любопытно и о фильмах Гайдаевских поговорить. «Операция «Ы», «Кавказская пленница», «Бриллиантовая рука», «Иван Васильевич меняет профессию», «12 стульев»… Ну, он кое-что и рассказал.
…Оказывается, к примеру, на роль Верзилы в «Операции «Ы» он хотел взять Михаила Пуговкина. Пуговкин засомневался.
-У меня, — говорит, — внешность вроде не очень-то и верзильская…
А Гайдай:
-Ничего, загримируем!..
Показали Пырьеву; тот был художественным руководителем «Мосфильма».
-Что ты, – говорит, – Леня! Это же уголовник!.. А Верзила должен быть добродушным, милым.
-Ладно, — сказал Гайдай Пуговкину. – Будешь тогда играть прораба…
А на роль Верзилы взял Алексея Смирнова.
После той встречи я написал Гайдаю письмо (я тогда жил еще в Новосибирске), мол, хотелось бы запечатлеть Ваш светлый образ в большом очерке, да и документальный фильм про Вас хорошо бы снять!..
А Гайдая все наши общие знакомые называли Леонид Евич. Я так и написал: «Дорогой Леонид Евич!»
А он, оказалось, Иович… У него родители — из сибирских староверов, и имена детям давали старые, библейские.
Короче, не ответил на мое письмо Гайдай. Может, обиделся. Я потом собирался у его жены, Нины Гребешковой об этом спросить, да все как-то случая удобного не было.
Но самое смешное, что при встрече я называл его не иначе, как… Леонидом Евичем. И ведь ничего!..

Юрий Павлович Рогозин Юрий П Рогозин

 

27 декабря 2016 г.

ЛЮБИМЫЕ АКТЕРЫ 

Я очень люблю актеров нашего старого кино. Обожаю Василия Меркурьева, Алексея Грибова, Николая Рыбникова, Николая Крючкова. Их обаяние — без границ. Люблю Михаила Ульянова, Вячеслава Тихонова, Георгия Вицина, Ролана Быкова, Евгения Леонова. Из нынешних к ним никто даже на километр приблизиться не может. В своей Они профессии умели абсолютно все.

Леонид Куравлев, Иван Бортник и Станислав Любшин – это последние из могикан.
Из актрис, пожалуй, — Татьяна Доронина и Нонна Мордюкова, женщины совершенно необыкновенной красоты и таланта.
В прошлом веке, когда я работал журналистом в Новосибирске, однажды к нам приехал МХАТ. Я попал на пресс-конференцию с его актерами. Там были Джигарханян, Лидия Сухаревская и Татьяна Доронина. Невероятно красивая, она томно курила.
А потом я был на спектакле. Наверно, это была «Чайка». Спектакль шел в грандиозном Новосибирском театре оперы и балета. В таких театрах сцена чуть-чуть наклонена в сторону зрительного зала. И вот на этой сцене стоит маленький столик, на нем — бутылка вина и бокалы. И тут один бокал начинает вдруг самостоятельное движение к краю стола. Артисты этого не видят, Доронина с упоением играет, а зрители не сводят тревожных глаз с бокала. Наконец, он с грохотом падает, зал вдыхает: «А!» и замирают. Доронина даже ухом не повела, просто обернулась, посмотрела и продолжила диалог, словно все шло по пьесе. Вот такая у нее выдержка.
Есть отечественный старый фильм, кажется, «На ясный огонь», там в главных ролях Доронина и Борис Химичев (в последствии один из ее мужей). Там она невероятно красива. Катрин Денев, которая считается эталоном женской красоты, выглядит очень бледной, по сравнению с ней.
А у Сухаревской и Джигарханяна я тогда взял автографы. Я бережно храню их до сих пор, как и автограф великого русского баса Бориса Штоколова, и моего друга, великого танцовщика Махмуда Эсамбаева, и молодой Аллы Пугачевой, написавшей мне: «Юра, не бойтесь ошибаться!», и классика американского кино, режиссера Стенли Крамера, и других. С каждым из них связана целая история.
Два слова о Леониде Куравлеве. Безусловно, великий русский артист. При этом — бесконечно скромный. Я не знаю ни одного кадра в его фильмах, где он не дотянул бы или хотя бы чуточку сфальшивил. Я не смотрю сериалов, тем более, фантастических, где рассказывается о доблестной работе отечественных ментов, и где, в частности, просто, чтобы прокормить семью, в нулевые годы снимался Куравлев. Я говорю о картинах выдающихся режиссеров – Гайдая, Швейцера, Данелии, Шукшина.
Однажды Михаил Швейцер, один из лучших отечественных режиссеров, ставивших классическую литературу, на вопрос Ролана Быкова о Куравлеве, ответил, что Куравлев, мол, и не артист. «А кто же?» — удивился Быков. «Я и сам не знаю, кто…» — сказал Швейцер.
Потому что Леонид Куравлев – явление совершенно уникальное, напрочь сметающее плечами тесные рамки условного названия «артист».
Станислава Любшина, к которому я отношусь с трепетом, пару лет назад я хотел пригласить в свой документальный фильм про Лаврентия Палыча Берию. В какой-то телепередаче Любшин рассказывал, как в классе седьмом он написал письмо в Комитет государственной безопасности, который возглавлял Берия, с просьбой в будущем взять его на работу. Любшина пригласили в Комитет, побеседовали с ним и сказали, что из него, скорее всего, выйдет… артист, а не разведчик.
Любшин вспоминал об этом случае с теплотой. Он блестяще сыграл разведчика в картине Владимира Басова «Щит и меч». Я подумал: будет очень здорово, если его узнаваемый голос прозвучит за кадром в моем фильме.
Знакомые дали мне телефон молодой жены Любшина, сказали, что все творческие вопросы мужа решает она, связь с ним осуществляется только через нее. Я позвонил ей. Она обещала передать мою просьбу мужу.
Через пару дней сказала, что он благодарен за предложение, но отказывается. Мне было очень жаль. Мне казалось, если бы он увидел фильм, то обязательно бы согласился.
Как говорится, не срослось. Иногда жены играют решающую роль в истории.
Однако меньше любить его после этого я не стал.

 

16 декабря 2016 г.

 МОИ ЛЮБИМЫЕ ПИСАТЕЛИ

 На первом месте у меня Пушкин. Его называют: «Солнце нашей поэзии», «Пушкин – наше все». Так оно и есть. Можно на одну чашу весов поставить Пушкина, на другую — всех остальных великих русских писателей. И весы замрут. Такая у Пушкина сила.

Он одинаково владел искусством поэзии и прозы. Поэзия – удел молодых. Зрелый поэт, конечно, тоже способен сочинять, но его стихи слишком выверенные, безупречно отшлифованные, чересчур мудрые; в них уже нет легкости, огня и азарта, присущих молодости. Я думаю, Пушкин понимал это лучше других, поэтому и писал:

«…Года к презренной прозе клонят,

Года резвушку-рифму гонят…»

Понятно, что он с иронией говорил о «презренной» прозе. Сколько повторяю эти строки, не устаю восхищаться «резвушкой-рифмой», этой веселой, беззаботной девчонкой, порхающей по чистым листам, как бабочка. Только гений мог так сказать о рифме.

Пушкин покинул этот мир в тридцать семь лет. Проживи он больше  — наверняка, оставил бы нам множество прекрасных романов, повестей и рассказов.

Еще я очень люблю Толстого, который Лев Николаевич. Его тезка Алексей — писатель тоже недюжинной силы, однако, как ни крути, в другой весовой категории. Исполин Толстой настолько огромен и обладает такой волшебной силой и многогранностью, что напиши он только «Войну и мир» и больше ничего, — все равно бы упирался головой в небо, сверху оглядывая своих собратьев по перу.

Льва Толстого гениально сыграл классик советского кинематографа Сергей Герасимов в своем одноименном фильме. Он его даже не играл; на время съемок реально в него превратился. Ему удалось настолько точно уловить и передать характер великого писателя, что у зрителя создается впечатление документального кино.

С юности люблю Чехова, его пулеметно-короткие рассказы. Раньше, восхищая своим филигранным мастерством и наблюдательностью, он вызывал у меня просто радость и смех. Позднее стали открываться новые и новые слои. Через стеклышки своего пенсне он умудрялся видеть жизнь одновременно — и целиком, и в мельчайших, как паутина на листьях крыжовника, деталях, грустной и смешной.

Пьесы Чехова мне не близки. Они мне кажутся невероятно нудными и очень похожими друг на друга. Все – примерно об одном и том же.

В молодости проза Достоевского казалась тяжеловесной и длинной. Потом я понял: его надо обязательно прочесть второй раз – лет этак после сорока. Впечатление изменилось. Его романы затягивают, как трясина, из них можно вынырнуть и глотнуть воздуха, только лишь перевернув последнюю страницу.

У него так складывались обстоятельства, что он вечно пребывал в долгах, почти всегда, запыхавшийся, еле-еле успевал к сроку сдать свой очередной роман издателю, не имея возможности, как Лев Толстой, по десять раз его переписать, бесконечно просеивать все лишнее, оттачивать все острое, закруглять все торчащее. Однако произведения, которые он успел написать, остались огромными глыбами возвышаться на бескрайнем поле русской словесности.

Самое забавное, многие до сих пор хвалят его по инерции, даже не читая. Потому что мода на него не проходит, потому что его принято хвалить за границей, как, пожалуй, никого другого.

Для меня Алексей Максимович Горький стоит на одном уровне с Львом Толстым и Достоевским. Как бы его не старались принизить в последние двадцать-тридцать лет либералы и демократы. Горький — истинный титан, самородок. Памятник ему, как и памятник Дзержинскому, можно, конечно, спихнуть с постамента; с мертвыми, вообще, легко воевать, это в свое время блистательно продемонстрировал Хрущев, но самого Горького, его эпохальные романы и рассказы, не вытравить никакой злобой и никакими кислотными слюнями либералов и демократов.

Отдельно ото всех стоит Гоголь. Мое самое любимое его произведение — «Мертвые души». Я перечитывал его минимум раз десять. И каждый раз открывал для себя новые детали. Мне кажется, я понял, почему Гоголь сжег вторую часть своей поэмы, как он сам называл этот роман. Создав Чичикова, главного героя «Мертвых душ», он не знал, как поступить с ним в финале. Чичиков — не плоский черно-белый персонаж, не однозначно положительный или отрицательный, в нем намешано всего понемногу. И Гоголь растерялся, начал занервничал, засуетился. А потом сел перед печкой и… поэма в прозе так и осталась неоконченной.

В двадцатом веке творили три могучих русских богатыря – Шолохов, Шукшин и Астафьев. Либералы и демократы их тоже почти напрочь вымарали из школьной программы, натолкав в нее кучу третьесортной макулатуры. Ибо их, либералов и демократов задача — лишить подрастающее поколение настоящих нравственных и духовных ориентиров. Но можно ли, примеру, спрятать солнце?..

Из поэтов двадцатого века мои любимые — Есенин и Высоцкий. Высоцкого можно даже и не читать – просто слушать. Голос первого похож на голос скрипки, второго – понятное дело, неугомонной гитары.

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс